Авторизация Забыли
пароль?
PolitBoard.com
Социальный портал политических дискусий  
Поговорить с народом в чате
◄►
Логин
Пароль
E-mail

Inomnenie Politboard

 Копы в законе: Чем полицейский в Америке отличается от Российского милиционера
Разместил  Дарис Дзедуленис 24 сентября 2010 в 2:04
Источник:  itogi    Автор:  Олег Сулькин

В России прошло общественное обсуждение законопроекта о полиции. Критики утверждают, что все нововведения по сути сводятся к замене двух первых букв в слове «милиция», и призывают учесть иностранный опыт. Прежде всего — американский. Главная его особенность — разнообразие типов полицейских и их зависимость от избирателей. Конечно, далеко не все американцы считают, что «моя полиция меня бережет». Но даже в страшном сне они не могут представить свою страну «государством без полиции».


Шерифы, рейнджеры, констебли

Когда я еду на машине по Нью-Йорку и окрестностям и вижу рядом полицейскую машину, то внутренне всегда мгновенно собираюсь. Тут же проверяю, пристегнут ли, кидаю в корытце мобильник от греха подальше и вообще начинаю рулить медленно-аккуратно, как чайник, коим, поверьте, не являюсь. Думал, я один такой жалкий трус. Поговорил с приятелями, очень многие стыдятся об этом говорить, но инстинктивно коченеют при виде величаво-полосатого «крузера» с «дискотекой» на крыше. Тут срабатывают и личный опыт, и знание объективных реалий. С полицией в Америке шутки плохи. Грозная сила. Ее боятся, ее уважают. Любят ли? Вопрос открытый. Будучи репортером-журналистом, на протяжении пятнадцати лет жизни в США я не раз общался с полицейскими в самых разных ситуациях. И убедился, что их нельзя мазать одной краской, черной или белой.

В США насчитывается 18 760 полицейских департаментов и участков, в которых служат около миллиона человек. Армия! На нее расходуется примерно 51 миллиард долларов в год. И что характерно, из федерального бюджета на полицию выделяют лишь 15 процентов от этой суммы. Остальное поступает из местных бюджетов — штатов, округов и городов. В локализации финансирования есть своя сермяжная логика. Ведь полиция бережет не президента, не вертикаль, не начальство, а обычных мистера и миссис Смит. Поэтому и местным властям сподручнее содержать правоохранителей в мундирах и штатском. И строго спрашивать с них, хорошо ли блюдут порядок.

10-я поправка к конституции США оставляет право формирования полиции за администрациями штатов. Полиция делится на муниципальную и окружную. В подчинении администрации штатов могут быть специальные подразделения — например, спецназ или патрульная хайвейная служба. В подчинении администрации округов — железнодорожная полиция или специальные службы для патрулирования индейских резерваций. Муниципалитеты могут иметь десяток полицейских служб — для портов, вокзалов, жилых районов, школ. Во многих крупных университетах и колледжах есть свои полицейские участки. Что ни штат, то особенности.

Во Флориде, например, любят все жестко структурировать. Здесь действуют специальные службы надзора за лесными и бытовыми пожарами, за незаконной продажей и потреблением алкогольных напитков. Кстати, сценки, которые я наблюдал в московском метро, когда стайки молодых ребят глушили пиво из горла прямо в вагонах, в Америке немыслимы. Здесь даже самые забубенные пьяницы знают: пить в общественных местах запрещено, оштрафуют немедленно. А на улице ты можешь прикладываться к зелью, лишь обернув бутылку непрозрачным пакетом.

Что не может не поражать — невероятная для иных земель диверсификация полицейских служб. Голливуд в этом смысле несколько упрощает картину. Там сплошь патрульные копы на длинных машинах, лихие следаки в штатском, непременно по двое, да еще заматерелые шерифы в ковбойских шляпах, с огромными звездастыми бляхами на груди. Но и этим ассортимент копов вовсе не исчерпывается.

Исторические и региональные особенности отразились в названиях. В Техасе и Аризоне порядок блюдут рейнджеры, в Колорадо — рейнджеры, только конные, в Пенсильвании — «капитолийская полиция» и констебли, в Нью-Мексико — конная полиция, и так далее. Полицейские управления штатного подчинения могут называться «департамент общественной безопасности», «правоохранительный департамент», «штатное управление юстиции», и еще десяток вариантов. Есть свои полицейские силы в федеральных правоохранительных ведомствах — министерствах юстиции, национальной безопасности, внутренних дел. Военная полиция обслуживает Пентагон и министерства по родам войск.

Конечно, и без шерифов не обойтись. В США их примерно 3100 — на уровне округов они главная структурная единица правопорядка. Большинство избирается, как и другие ключевые чиновники окружного и штатного уровня. В некоторых округах, например в штате Луизиана, порядок блюдут два шерифа: один отвечает за криминал, другой — за гражданский сектор. За шерифами закреплены и другие обязанности. Они управляют окружными тюрьмами, рассылают судебные повестки и несут охрану судебных зданий.

Большинство муниципальных департаментов полиции небольшие, по десять и меньше сотрудников. Среднее число копов в типовом полицейском участке — 25 человек, не считая гражданских лиц, работающих по контракту.

Попал я как-то в город Москву с населением в пару тысяч жителей, в восточной части Пенсильвании. Меня, поскольку я сам коренной москвич, обуяло любопытство, откуда есть пошла пенсильванская Москва. В городской управе, скромном двухэтажном здании, мне показали на кабинет, где находился человек, который должен был ответить за топонимический базар. Оказалось, милая дама по имени Айви Брензел и есть глава московской полиции, а в подчинении у нее два отставника, на полставки каждый. Айви рассказала, что название городку дал какой-то русский эмигрант в затертом году. Происшествий особых здесь не бывает, пара краж в год, и то не свои, а приезжие промышляют, да иногда нарушат тишину случаи семейного насилия. И тем не менее Брензел исправно несет вахту, патрулируя улицы. Таких отделений, как московское, состоящих из одного человека, в Америке более 800. По статистике в двух из трех небольших городках Америки нет своих отделений полиции. И ничего, выживают.

Как куют кадры

В уличном обиходе к полицейскому обращаются officer, что не совсем правильно переводят как «офицер». На самом деле это вариант русского «начальник», только менее фамильярный. Коп, скорее всего, не офицер, а рядовой, сержант или капрал. Полицейские начальники называются комиссарами, чифами и суперинтендантами, ну и шерифами. Самый распространенный офицерский ранг — лейтенант, под началом которого два, три и более сержантов. Детективы, следователи тоже считаются полицейскими, но работают, как правило, в штатском. И, наконец, капрал и тот самый рядовой «офицер» без каких-либо знаков отличий.

На старте новобранцы получают совсем немного по американским меркам. В Нью-Йорке начальная зарплата патрульного копа составляет 32 тысячи долларов в год. В других городах и штатах может быть больше, до 40 тысяч. Но за выслугу лет постоянно капают надбавки, и спустя 10—15 лет беспорочной службы зарплата может удвоиться. Ну а чифы получают под 100 и более тысяч в год.

Конкурс в полицию есть, хотя обычно не очень высокий. Требования такие. Во-первых, нужно иметь диплом о среднем образовании, а на федеральном и штатном уровне желателен диплом бакалавра. Большое число колледжей предлагают программу «уголовное право» для тех, кто избрал своей будущей профессией работу в полиции. Во-вторых, быть физически крепким — слабаков в полицию не берут. Нужно пройти тесты на реакцию, силу, зрение и слух. В-третьих, нужно иметь чистое досье, или, как выражаются в определенных кругах, «чистый нос». Всех соискателей жетона пробивают по базам данных о правонарушениях, и если засекут, что тебя когда-то задерживали за наркотики или систематические нарушения правил дорожного движения, можешь больше не суетиться. В-четвертых, абитуриент должен успешно сдать устный и письменный экзамены. Причем зачастую собеседование, решающий этап для приема на работу, проводит сам глава полицейского департамента.

После зачисления новобранца сразу отправляют на 3—4 месяца в полицейскую академию. В знаменитой голливудской комедийной серии курсанты занимаются черт знает чем, но в реальности загружены они по самые лычки — учебные занятия в классе, физподготовка, ситуационные разборы, обучение стрельбе, самозащите и первой медицинской помощи.

Большинство новобранцев составляют дембели, отбывшие срок воинской службы. Через пять лет рядовой «офицер» получает возможность продвинуться в сержанты. Отпуск сначала составляет 10 дней в году и растет постепенно до потолочных 25 дней. Срок ухода на пенсию варьируется в разных штатах. В среднем, чтобы претендовать на полную полицейскую пенсию, нужно отработать 20—25 лет. Обычно копы уходят в 40—50 лет и в последние годы службы уже присматривают себе новую карьеру. Часто идут работать инструкторами по стрельбе и боевым искусствам в частные и ведомственные клубы или сотрудниками охранных агентств.

Мой знакомый бывший полицейский Джо открыл фирму по лэндскейпингу и стрижет газоны. Пенсии у копов-отставников очень даже неплохие. В Нью-Джерси, например, они составляют 65 процентов от заработка за последний год службы.

Громадная проблема, о которой без устали талдычит пресса, — малый процент национальных меньшинств в полицейском сообществе. Полиция испокон веку была белой вотчиной. С расизмом на словах давно покончено, но он то и дело проявляется. Белые полицейские, избивающие невиновного чернокожего парня, вроде картинка из прошлого, но и сегодня такие случаи нередки. Только относительно недавно в этнические гетто стали направлять для патрулирования представителей тех же национальностей, что и большинство жителей. Например, в городе Хантингтоне (Западная Вирджиния) 10 процентов населения — нацменьшинства, а в полиции на 86 копов их только два. Как большое событие местная газета известила недавно, что впервые за 16 лет на службу заступит афроамериканец.

Дыхните, сэр!

Первым делом, когда я только приехал в Америку, мне рассказали страшилку про нашего эмигранта, который стал жертвой российской беспечности. Его остановил полицейский на хайвее, и вместо того, чтобы спустить боковое стекло и терпеливо дожидаться, пока блюститель закона подойдет, он по привычке выбежал из машины и потрусил к крузеру. А руку запустил во внутренний нагрудный карман, где лежали документы. Полицейский, недолго думая, достал «пушку» и выстрелил в опасного незнакомца.

Что точно знаю — были случаи, когда выходцы из бывшего Советского Союза пытались дать патрульным взятку, чтобы не выписывали штраф или не арестовывали за вождение в пьяном виде. И оказывались под арестом. Здесь эти номера не проходят, а если и проходят, это редчайший случай. Объяснение вовсе не в том, что все правоохранители — ангелы без крыльев. Коп получает неплохо, социальные льготы имеет немалые, дорожит своим статусом и не будет рисковать.

Я как-то раз заблудился во время сильного дождя и в темноте радостно увидел играющий огнями полицейский «Шевроле». Подъехал и спросил «дирекшнс». Коп вежливо и обстоятельно объяснил, а потом хладнокровно выписал штраф за то, что я, подъезжая к нему, пересек сплошную линию. «Но, сэр, — взмолился я, — темнота выколи глаз и ливень!» Бесполезно! Робокоп какой-то!

С другой стороны, масса случаев, когда люди в униформе помогают по жизни. Да, собственно говоря, это вовсе не их душевный порыв, а четкая должностная инструкция. Когда в США звонят по телефону 911, то приезжают три службы — «скорая помощь», пожарные и полиция. И если полицейские успевают раньше других, они профессионально окажут первую медицинскую помощь, сделают искусственное дыхание.

Но дело не только в инструкции. Наверное, и в людях тоже. В Пенсильвании, в пустынном лесном массиве, «навигатор» закапризничал, и мы с женой никак не могли найти въезд в парк. Спросили рейнджера. Он сказал: «Поезжайте за мной», отложил бумаги, которыми был занят, и минут через 15 вывел нас к искомому месту. Махнул рукой и умчался. А буквально на днях в Бостоне дочь оказалась по оплошности без машины в незнакомом месте. Ехал мимо патрульный и, выслушав объяснение, подвез ее по нужному адресу. Разумеется, бесплатно.

И все-таки заметно, что в последние годы полиция несколько ощетинилась. Виной тому теракты 11 сентября. К борьбе с понятным криминальным элементом прибавилась борьба с не очень понятным террористическим. Копам промывают на этот счет мозги в академии, на курсах и инструктажах.

По закону вас не могут остановить — и в машине, и пешего — без достаточных причин. Должно быть веское подозрение. Допустим, вы похожи на человека, объявленного в розыск. Или ведете машину сикось-накось, нарушаете правила. А уж когда «мотивированно» остановят, могут и попросить багажник открыть, и обшивку салона отодрать в поисках дупла с наркотиками.

Хотя иногда нет-нет да и пахнет приснопамятной самоуправной кампанейщиной. Как-то поздно ночью возвращался я из Манхэттена в Нью-Джерси, где живу, и у въезда в туннель Линкольна под Гудзоном попадаю, к своему изумлению, в сплошную облаву. Все без исключения машины тормозят, коп жестом просит опустить стекло, засовывает голову в кабину, шумно вдыхает воздух и весело спрашивает: «Пил сегодня?» Потом я прочитал в городской газете, что этот эксперимент признан неудачным после множества протестов правозащитников и судебных исков.

Любопытно, что антиалкогольную кампанию пытались одно время развернуть и в сторону самих полицейских. Комиссар полиции Нью-Йорка Рей Келли издал девятистраничный приказ о проведении внезапных проверок на содержание алкоголя в крови своих подчиненных. На протяжении десятилетий дружеское распитие напитков различной крепости, от пива до виски, было негласной, но очень крепкой традицией полицейского братства города Большого Яблока. Но комиссару надоело оправдываться за скандалы и уголовные истории, виновниками которых становились нью-йоркские полицейские. Что-то похожее пытаются внедрить их коллеги в Чикаго, Лос-Анджелесе, Филадельфии и Майами, но до принудительных внезапных проверок «на вшивость» никто из них не додумался. Знатоки полицейской жизни уверены, что затея эта обречена на провал.

Коррупция — мать беспорядка

Самый крупный по численности полицейский департамент Америки — нью-йоркский. В NYPD служат 40 тысяч «лучших», как без ложной скромности провозглашает девиз управления.

Полицией беспокойный мегаполис буквально нашпигован, а когда происходит какое-нибудь крупное событие вроде съезда одной из двух главных партий или сессии Генассамблеи ООН, кажется, что синих униформ вокруг море разливанное. Возглавляет департамент упомянутый выше Рей Келли, кряжистый ирландец, ветеран Вьетнамской войны, служащий в полиции уже больше тридцати лет. Его репутация высока, чего не скажешь о его предшественнике Бернарде Керике, который сейчас отбывает 4-летний срок за махинации с налогами и ложь под присягой.

Скандал с Кериком, которого Буш предлагал на пост министра национальной безопасности, — своего рода символ коррупции. Самые распространенные прегрешения, на которых горят копы, — потребление и торговля конфискованными наркотиками, крышевание игорного бизнеса и проституции, кражи имущества подследственных, взятки и шантаж.

По данным бюро внутренних расследований NYPD, с 1992 по 2008 год примерно две тысячи нью-йоркских полицейских подвергались арестам. Рвение сотрудников бюро, а их 650 душ, вызывает глухое недовольство копов, например, когда те штрафуют полицейские машины за неправильную парковку. Ведь принято считать, что копам можно бросать машины где угодно. «Внутренников» называют «едоками сыра», а их подразделение — «крысиной командой». Тех, на кого они охотятся, тоже классифицируют: на «травоядных», то есть берущих то, что под ноги попадается, и на «мясоедов», активно ищущих поживы.

И с теми и с другими «оборотнями» вел яростную борьбу легендарный Фрэнк Серпико — пожалуй, самый знаменитый американский полицейский. Если помните, его увековечил в знаменитом фильме Аль Пачино. Сам Серпико жив и здравствует, хотя и оберегает свою безопасность — живет в Катскильских горах и сильно не высовывается. До сих пор боится мести. Сенсационные разоблачения Серпико заставили тогдашнего мэра Джона Линдсея назначить следственную комиссию во главе с судьей Уитменом Кнаппом. 3 февраля 1971 года во время антинаркотического рейда Серпико получил пулю в лицо от бандита и чудом избежал смерти. Многие считают, что коллеги-копы его и подставили...

Какое-то время назад я встретился с Серпико и попросил его оценить нынешний уровень полиции Нью-Йорка. «Тут я недавно с одним парнем разговаривал, — сказал мне Фрэнк. — Он меня спрашивает: как поднять качество работы полиции? Да вы хотя бы нынешний уровень сохраните! Мэр Нью-Йорка снижает зарплату копов-новичков. Это же приглашение к коррупции! Абсолютно порочна система квотирования. В полиции квотируется все. Хочешь получить продвижение по службе — покажи ретивость, арестовывай, штрафуй побольше. Чтобы доказать вину арестованного, идут на фальсификацию улик, подбрасывают вещдоки...»

Далеко не все американцы считают, что «моя полиция меня бережет». Но даже в страшном сне они не могут представить свою страну «государством без полиции». От копов лучше держаться подальше, но без них жить как-то неуютно и тревожно.

Новые комментарии     Комментировать Рейтинг 0

  Петр Гарин комментирует новость#   21 февраля 2011 в 18:47
Полицейсоке Государство и Империя зла которая неизбежно рухнет в ближайшее время.
ответитьРейтинг 0
         . Пользовательское соглашение
© 2009-2010 LoGRoSS Labs